6408bc15e3a1d727
Штрихи к портрету Путина: неизвестное об известном

Штрихи к портрету Путина: неизвестное об известном

Политика Комментарии выкл

Интересные выдержки из статьи «Операция ЕР» газеты «Советская Россия» о том, как восходила звезда россиянского истеблишмента и многократный президент РФ.

«Летом 1999 года пол-России выдохнуло: «Это кто?», просматривая сюжеты про Путина. «Who is Putin» — интересовались иностранные журналисты. Да и знать, по сути, было нечего. Владимир Путин был относительно молодым чиновником из Питера, которого в столицу привела череда политических и организаторских провалов. Имевшийся у него опыт публичной политической борьбы был, мягко говоря, неудачным. Кстати, как у всех первых лиц «Единой России».

Впервые в роли политика Путин попробовал себя в 1995 году. Тогда в северную столицу из Москвы поступила разнарядка: перед выборами в Государственную думу кто-то должен был возглавить местное отделение тогдашней «партии власти» — «Наш дом — Россия». Путин, работавший заместителем губернатора, согласился. В первой предвыборной кампании он показал себя как хороший охотник за деньгами (собрал 1,1 млрд рублей, тогда как из центра перечислили только 15 млн), но, пожалуй, абсолютно дремучий политтехнолог. «Портретами Виктора Черномырдина в Петербурге было заклеено все: по 10-15 одинаковых плакатов на заборе и до 5 — на одном рекламном стенде», — вспоминает исследователь вопроса Владимир Прибыловский. Местные журналисты долго шутили над тем, как Путин объяснил этот предвыборный ход: «Кашей масла не испортишь, да и мы, наконец, русские люди, подумали: не пропадать же плакатам!» Этот стиль безошибочно узнается и 13 лет спустя: чуть реже, но со схожим упорством «единороссовские» активисты завешивали небо над страной растяжками: «План Путина — победа России!» Выборы-95 в Санкт-Петербурге НДР под руководством Путина проиграла. Набрав 12,8% голосов, «партия власти» заняла лишь третье место после «Яблока» и КПРФ. На региональную часть списка пришлось всего два мандата. Второй проигрыш случился уже в следующем году. Именно Путин руководил избирательным штабом Анатолия Собчака на губернаторских выборах-96. Оплачивать кампанию губернатора, которому на федеральном и региональном уровне противостояли силовики под предводительством Александра Коржакова, местные бизнесмены отказались. Не было денег — не было и результата. Над городом летали военные вертолеты и разбрасывали листовки, в которых говорилось, что Собчак «проходит по двум уголовным делам». Путин ничего не мог с этим поделать. Может быть, как раз тогда будущий лидер «Единой России» понял, что административный ресурс — великая сила. Сразу после выборов Путин подал в отставку. Он стал обычным безработным чиновником и тихо переехал на дачу — в 100 км от города, на берегу озера Комсомольское. В ставшем потом знаменитым дачном кооперативе «Озеро» предавался меланхолии и дрессировал собаку. «Он собирался уйти в частную жизнь, бизнесом заняться или уйти на преподавательскую работу, у него не было амбиций вырваться в Москву», — вспоминает жена Собчака, ныне сенатор Людмила Нарусова, которая в то лето часто встречалась с Путиным. В Москву Путина тянул его давний знакомый по работе у Собчака Анатолий Чубайс, который, в отличие от своего друга, в 1996 году сделал головокружительную политическую карьеру. Чубайс не только возглавил избирательный штаб Ельцина, двигавшегося на второй срок с рейтингом 6%, но и привел его к победе. Не один, конечно. Еще до выборов всей группе «бизнес-поддержки» были определены премии — за активное участие в предвыборной кампании, если она даст результат. Чубайс, вспоминают его знакомые, хотел возглавить «Роснефть» — для последующей приватизации. Но Березовский с другим олигархом Владимиром Гусинским устроили Ельцину истерику — слишком много в одни руки. В итоге Чубайсу предложили возглавить администрацию президента. «Администрация формировалась по так называемому «паритетному принципу» — каждая бизнес-группа, работавшая на победу Ельцина, делегировала по одному своему представителю на позиции замов», — рассказывает бывший кремлевский сотрудник. Чубайс же решил, что имеет право на дополнительное место. На позиции своих замов он позвал Алексея Кудрина и Владимира Путина. Но, уже пригласив их обоих в Москву, понял, что бонусов не будет — вакансия всего одна. Чубайс назначил Кудрина. У всех в жизни бывают черные полосы, но не у всех есть друзья, готовые прийти в этот период на помощь. У будущего лидера «Единой России» такие друзья были. Именно Кудрин, уже устроившись в Москве, нашел место в столице и для Путина. Он позвонил первому вице-премьеру Алексею Большакову — чемпиону по перетягиванию питерских кадров в Москву, и тот всего за несколько минут договорился с кремлевским «завхозом» Павлом Бородиным. Так Путин стал заместителем управделами президента. Шел уже второй месяц второго срока Ельцина, а его будущий преемник только появился в Москве на более чем скромной должности.

Впервые Ельцин обратил на него внимание через полгода, когда тот стал начальником главного контрольного управления президента — освободилось место Кудрина, перебравшегося вслед за Чубайсом в правительство.

Однако «зацепила» Ельцина не столько аппаратная эффективность нового чиновника (выдающейся-то она, пожалуй, не была), сколько его личные качества. В Санкт-Петербурге оставался побежденный и ослабевший Соб­чак — один на один с губернатором Яковлевым. Против бывшего начальника Путина в 1997 году прокуратура возбудила уголовное дело. Арест был делом времени. Однако 7 ноября 1997 года Путин, как настоящий разведчик, устроил бывшему патрону побег. Как рассказала Нарусова, он прилетел в Питер, нашел финский санитарный самолет, человека, который оплатил полет, и разработал план побега. Именно это, по словам Нарусовой, вызвало у Ельцина «глубокое человеческое уважение». Умение вести себя как командный игрок — качество, которое ценится в любом аппарате. А вот преданность бывшему начальнику — это то, что было особенно важно для Ельцина, неизбежно превращавшегося в «хромую утку». Путин был похож на человека, который смог бы обеспечить гарантии неприкосновенности экс-президенту. В пользу этого говорила и деятельность Путина на посту директора ФСБ. Это назначение было чисто политическим: экс-директор службы Николай Ковалёв был союзником Лужкова и Примакова. Дарить такой силовой ресурс политическим противникам, да еще накануне выборов, Ельцин не собирался. В ФСБ Путин должен был стать человеком Кремля. И стал им. Однако главной заслугой нового хозяина Лубянки лично перед Ельциным и его семьей стало снятие Генерального прокурора Юрия Скуратова, который при поддержке Примакова взялся разоблачать коррупцию в Управлении делами президента. Под подозрением в получении взяток от швейцарской компании «Мабетекс» в обмен на получение заказов на реставрацию Большого Кремлевского дворца оказался не только глава управделами Павел Бородин, но и дочери президента РФ. «Путин лично позаботился о том, чтобы меня отстранили от должности, — рассказывал позже Скуратов. — Его службы систематически блокировали передачу информации, необходимой для продолжения расследования». Но у ФСБ были и другие заботы. Именно агенты Путина «сняли и оплатили квартиру, в которую приехал Скуратов для встречи с девушками». И именно в руках будущего президента оказалась пленка с компроматом, которая затем транслировалась по телеканалам РТР и ОРТ. Если публичные политические баталии Путину не удавались, то в борьбе на аппаратном фронте он показал себя как раз тем человеком, который нужен «семье». За выдвижение Путина на позиции преемника голосовали и тогдашний глава администрации Александр Волошин, и его предшественник, член «семьи» Валентин Юмашев, и Борис Березовский. Вот как описывает один из разговоров с Березовским на эту тему Александр Гольдфарб, руководитель Международного фонда гражданских свобод и давний приятель олигарха. «Беседа проходила в кабинете Путина — аскетичная обстановка, простая деревянная мебель, на столе бюст Дзержинского. Путин приложил палец к губам и провел Березовского в специальное место, где их никто не слышал. Речь шла о выборе преемника. Но тогда Ельцин еще собирался назначить Степашина. — Володя, а как насчет тебя? — вдруг спросил Березовский. — Что насчет меня? — не понял Путин. — Ты мог бы стать президентом? — Я? Нет, я не тот человек. Не того ищу в жизни. — Ну а чего же ты хочешь? Остаться навсегда здесь? — Я хочу… — замялся Путин. — Я хочу быть Березовским». Быть богатым? Стать хозяином российской нефти и телевидения? Управлять страной, оставаясь при этом в тени? Чего именно хотел Путин? Планов возглавить политическую партию в списке его желаний точно не было. Но в тот момент, когда Борис Ельцин сделал свой выбор, стало понятно, что без партийной поддержки у Путина не получится ничего. И первым это осознал Березовский.»

Автор

На верх